Что такое ВТО

Прежде всего, хочу сказать буквально в двух словах, что такое ВТО. ВТО — это очень сложная система регулирования внешнеэкономических отношений, причем не только торговли товарами, но и трансграничного движения информационных потоков, патентов, технологий и так далее. При вступлении в ВТО вы должны либерализовать свои внешнеторговые отношения, открыть стратегически важные рынки в области технологий, ноу-хау, предоставления услуг, то же недропользование для иностранного капитала, глобальных корпораций. Вопрос в том, сможете ли вы выжить.
ВТО состоит из четырех базисных программ, документов. Это соглашения ГАТТ, ГАТС, ТРИМС и ТРИПС. Они регулируют движение капитала, информации, товаров и услуг. В настоящий момент ВТО находится в жестком системной кризисе. Напомню, что Токийский раунд длится уже больше 12 лет. И к завершению не идет. Основной причиной является то, что крупнейшие экономически развитие страны в лице США, Японии и Евросоюза монополизировали контроль над ключевыми производствами и управленческими технологиями. Они никого не допускают к новым знаниям, новым ноу-хау, которые бы помогли провести индустриализацию слаборазвитых стран. Это основной пункт, почему ВТО сейчас стагнирует, почему в ряде стран стоит вопрос о выходе из ВТО. Еще один очень важный вопрос – вопрос дотаций в сельское хозяйство. По сути раунд окончательно провален. Совершенно очевидно, что США, Япония и Евросоюз в расчете на один гектар сельхозземель в виде скрытых субсидий и открытой поддержки финансируют их в 40 раз масштабнее, чем та же самая Российская Федерация. Напомню, что более 60% бюджета еврозоны уходит именно на финансирование сельского хозяйства.
Что касается России, почему мы туда вступили? С моей точки зрения, решение противоречит интересам критически значимой части населения и обрабатывающих производств, машиностроения, станкостроения, приборостроения, наукоемких отраслей и так далее. Очень часто можно услышать фразу, что вступление в ВТО стимулирует приток качественной продукции, снижение цен на качественную продукцию. Мы хорошо помним такие же разговоры в 90-х, однако в результате к нам потекли низкокачественные товары из Восточной Европы. Если какая-то страна хочет где-то покупать качественную продукцию, она должна что-то для этого поставить и заработать деньги. Если она не в силах зарабатывать по внешнеторговому обороту, то для финансирования импорта нужно будет либо влезать в долги, либо наращивать бюджетный дефицит и снова наращивать долги государственного сектора.
Вопрос в том, способна ли Россия, российская экономика быть относительно конкурентоспособной, привнести что-то на внешний рынки? Мы прекрасно помним, что сейчас на долю нефтегазового сектора приходится 62% суммарного стоимостного экспорта. На долю первичной переработки сырья — 92%. При этом за последние 10 лет никаких подвижек к качественному улучшению не произошло.
Надо сказать, что на протяжении последних лет возрастала зависимость российской экономики от импорта целого ряда товаров и услуг. За последние 11 лет на фоне постепенного загнивания отечественной промышленности, упадка обрабатывающих производств (напомню, что выпуск наукоемкой продукции сейчас в 3-5 раз ниже, чем был еще 20 лет назад по ряду ключевых позиций машиностроения, станкостроения, которые определяют конкурентоспособность страны в рамках нынешнего технологического уклада) мы отстали от развитых стран примерно лет на 30. Объем выпуска ниже 90-го года примерно в 15 раз.
Прирост разного рода импортной продукции произошел за последние 10 лет. Например, высокотехнологичная продукция выросла в 10-18 раз, металлорежущие станки - в 27 раз, двигатели и генераторы – в 13 раз, цемент – в 20 раз, продукты органической химии – в 46 раз, двигатели внутреннего сгорания – в 20 раз, аппараты телефонной связи в 17 раз. Другими словами, на протяжении последних 12 лет, про которые нам рассказывали, как про процесс вставания с колен, возрождения отечественной экономики, происходила утрата контроля над ключевыми секторами промышленности. Сейчас мы имеем ситуацию, когда до 60% в целом постране продовольствия контролируется продукцией крупных товаропроизводителей, в городах-миллионниках до 70-75%. По выступлениям ученых из Академии наук мы уже потеряли за последние 20 лет из 55 ключевых секторов экономики контроль над 25-30. Контроль остался только над сырьевыми секторами.
Давайте посмотрим на график, который показывает, за счет чего последние 20 лет мы росли, почему мы вернулись на докризисные уровни по ВВП. График очень хорошо показывает, где мы конкурентоспособны. Итак, за последние 20 лет конечное потребление домашних хозяйств выросло более чем в 2,7 раз, притом далеко не все стали жить лучше. У нас колоссальная пропасть между бедными и богатыми. По официальным данным, разрыв в 16 раз. В действительности с учетом скрытых доходов и доходов от предпринимательской деятельности 10% обеспеченного населения богаче 10% бедного населения в 75-80 раз. Это по подсчетам академиков Петракова, Львова и Глазьева. При этом накопление основного капитала, вложение в основные фонды сейчас ниже 90-го год примерно в 2 раза. Пропасть между потреблением и тем, что мы готовы финансировать в экономику, модернизацию и производство конкурентоспособной продукции выросла в 5,5-6 раз. Другими словами нужно отдавать отчет, что особенно последние 10 лет беспрецедентного роста цен на нефть мы не развивали экономику, она приходила в упадок. В чистом виде это было просто проедание нефтедолларов, проедание поступающей в страну выручки, проедание советского наследства. Я думаю, что авария на Саяно-Шушенской ГЭС, падение Фобос-грунтов и 25 неудачных запусков булавы хорошо показали, куда мы двигаемся и что без кардинального изменения кредитной политики наша судьба повторит судьба стран Восточной Европы, которые вступив в ВТО испытали мощнейшую деиндустриализацию, критическую зависимость от иностранной продукции. Либо это судьба стран Южной Африки, где нищета и полный упадок.
Давайте посмотрим еще несколько интересных показателей. Динамика ключевых отраслей промышленности с 90-го года. Посмотрим на те отрасли, которые могли бы быть конкурентоспособными и которые могли бы обеспечить нам более или менее конкурентоспособную позицию на мировом рынке. Напомню, что доля России в выпуске и производстве наукоемкой продукции сжалась за последние 20 лет примерно с 8-9% до менее 0,5%. Производство машин и оборудования в 2 раза ниже 90-го года, неметаллические минеральные продукты тоже в 2 раза. Единственные отрасли, которые оживают, связаны с производством крупных российских нефтегазовых компаний, сырьевых корпораций.
Я хочу напомнить, что в российской экономике, по официальным данным Росстата, 50% прибыли приходиться всего на два сектора экономики — оптово-розничная торговля и нефтегазовый комплекс. При этом 31% перекупщиков. Это к вопросу о конкурентоспособности экономики и что действительно имеет отдачу на капитал.
Давайте посмотрим на график, который реально нам покажет, что мы делали за эти 10 лет, когда нам рассказывали, что мы пытаемся слезть с сырьевой иглы. Одна из отраслей, которая хорошо приросла, — это оптово-розничная торговля. Она показала рост с 2002 года практически в 2 раза. Еще одна отрасль, которая показала хороший прирост, - строительный сектор и операции с недвижимостью, в 1,8 раз.
Кроме того, все прекрасно понимают, что реальная инфляции в России гораздо выше, чем озвучиваемые цифры. Те сектора экономики, которые связаны с развитие научно-технического потенциала, это образование, здравоохранение, они вообще упали, либо практически не выросли.
Получается, что на словах мы активно готовились к вступлению в ВТО, возрождали наукоемкие промышленности. Даже по официальным данным мы видим, что мы утратили контроль над критической частью секторов.
Недавно мы общались с китайским советником по ВТО. Он прекрасно объяснил с цифрами в руках, что Китай вступал в ВТО не в виде сырьевого придатка, не с отсталой экономикой, Китай провел все структурные реформы, все циклы импортозамещения и экспортоориентации еще в 90-х годах. Вступая в 2001 году в ВТО, 70% в структуре производства Китая была наукоемкая промышленность. С тех пор структура промышленного производства не претерпела никаких качественных изменений, они просто наращивали объем экспорта на внешние рынки. Они вступали в ВТО с уже готовой конкуренцией.
Нужно понимать, что ВТО — это глобальный рынок, где, открывая себя, вы начинаете конкурировать с крупнейшими, глобальными корпорациями. Нужно понимать, что мировой рынок очень сильно монополизирован.
Мы не находимся в равных конкурентных условиях с другими странами. Даже кредитные ставки в России для малого и среднего бизнеса выше, чем в других странах. Кроме того, у нас практически нет поддержки национальной экономики. На государственном уровне поддержка экономики составляет не более 3,5% ВВП. Для сравнения в США поддержка национальной экономики составляет 13% ВВП, в евросоюзе — порядка13-14%, в Китае — порядка 7,5%.
Может быть, мы можем конкурировать в технологиях — передовых, управленческих, технологических? Давайте смотреть правде в глаза, как можно конкурировать в этой сфере, если у вас стоит оборудование 70-80-х годов. Мы прекрасно понимаем, что у нас в России нет ни транспортной, ни энергетической инфраструктур. По всем остальным параметрам точно такая же ситуация. У нас нет механизма транспортного ценообразования. У нас нет компенсации затрат при разработке наукоемкой продукции, на западе, как правило, компаниями в этом случае компенсируется до 50% валовых затрат. У нас компенсация не более 3-5%, и то надо суметь ее выбить. Притом, если иностранные производители экспортируют продукцию, получают облегченный режим возмещения НДС. У нас добиться возврата НДС практически невозможно. То есть российские производители автоматически попадают в несравнимые условия конкуренции. ОБ том говорят многие видные экономисты. Но, к сожалению, это глас вопиющего в пустыне.
Напомню, что 120 крупных, средних предпринимателей из агропромышленного комплекса, из текстильной промышленности, машиностроительного комплекса направили письмо за подписью Константина Бабкина во все инстанции, Конституционный суд. К сожалению, на него никто не среагировал. Сейчас власти говорят, что за два месяца они подготовят поправки во все бюджеты и законодательство, предоставят финансовую поддержку экономики, что мы не почувствуем большого падения, однако это вызывает очень большие сомнения. Напомню, что у нас за последние 1,5-2 года, несмотря на колоссальный рост цен на энергоносители, почти на 45%, темпы роста экономики стагнировали на отметку 4,3%. По последним данным, в конце этого года мы получим рост ВВП не более 2,5%. По сути дела наша экономика задыхается, медленно, но верно. Есть какие-то отрасли и компании, которые могут выиграть. Здесь гораздо больше опасений, нежели радости, вызывает эта ситуация.
Давайте посмотрим инвестиции в России. Куда шли деньги все эти годы? У нас произошло снижение капитальных вложений практически во все высокотехнологичные производства, начиная от финансирования науки и образования, заканчивая здравоохранения, производства машин и оборудования. Есть небольшой рост по производству машин и оборудования, но это связано с теми отраслями, которые поддерживают нефтегазовый комплекс.
Что касается эмитентов, которые могут потенциально выиграть от присоединения России к ВТО, я думаю, что не стоит с иллюзией относиться к металлургам. Напомню, что именно металлургами прикрывались нынешние власти и пытались объяснить присоединение к ВТО. Называлась цифра примерно в 2,5-3 млрд долларов, которые теряют российские металлургические компании, потому что против них вводятся антидемпинговые пошлины в США и ЕС. Я думаю, что после вступления России в ВТО ни одна из ограничительных пошлин, ни одно антидемпинговое ограничение не будет снято. Против России сейчас введено 107 ограничительных пошлин во всем мире, автоматически будет снято всего три из них. Я думаю, то мы не добьемся отмены практически никаких импортных пошлин ни по каким критически значимым товарам, ни по металлургии, ни по авиации, ни по сельхозтехники.
Напомню, что уже дошло до того, что российские металлурги за подписью товарища Лисина, главы и совладельца Новолипецкого меткомбината, написали в правительство, что со вступлением в ВТО они немножко обсчитались и оказалось, что они не выиграли со вступление в ВТО, а проиграли. Причем они ссылаются на тот факт, что сейчас по ценам на газ, электроэнергию, ГСМ, прочие комуслуги мы находимся на очень высоком уровне, даже металлургическое производство при нынешнем износе оборудования, издержках становиться нерентабельным. Плюс стоимость кредитов, ГСМ и так далее. Уже дошло до того, что металлурги подсчитывают свои убытки, говорят, что они понесут потери от вступления России в ВТО.
У меня была мысль, что в принципе российские металлурги могут выиграть. Мне нравилась компания НЛМК, высокая рентабельность бизнеса, хорошие финансовые показатели, есть определенные проблемы при производстве, но ими можно пренебречь. Но сейчас ситуация мне не внушает оптимизма.
Отмечу также, что когда в США вводились антидемпинговые пошлины на ввоз стали, эти пошлины вводились против 35 стран, из этих стран только Россия на тот момент не была членом ВТО. Таким образом, даже если вы член ВТО ничто не мешает другим странам ввести против вас антидемпинговые пошлины, в том случае если это будет выгодно США или ЕС. Сейчас это можно наблюдать на примере Китая. Против него введено 47 антидемпинговых пошлин. При этом совокупные потери китайской экономики оцениваются в 200 млрд долларов ежегодно. Китай, обладая гораздо большими административными ресурсами, более нацеленный на продвижение китайского бизнеса за рубеж, не может добиться пересмотров каких-либо существенных пересмотров антидемпинговых пошлин. Это колоссальная торговая война.
Кроме того, мы сейчас находимся в стадии рецессии, если бы не меры ФРС и ЕЦБ мы бы уже давно были на дне. В таких условиях нарастают протекционистские меры, введение заградительных пошлин. Поэтому сейчас говорить о том, что для России откроются рынке металлургии, удобрении и так далее — большая наивность. Никто не будет открывать свои рынки, увеличивать безработицу у себя в стране для того, чтобы помочь России.
Таким образом, сейчас я бы не стал покупать бумаги металлургов под идею ВТО. В краткосрочном плане ВТО повлиять на котировки тех или иных эмитентов, скорее всего, не сможет. Эффект от ВТО будет сказываться постепенно в течение 1,5-2 лет. Это не будет удар по голове кирпичом. Это будет постепенное сползание в болото.